Первые сто восемьдесят метров
Мы начали на границе переулка, потому что это было самое худшее из него. Хейзел и терн, уложенные в стиле Мидленд, заколотые золой, вырезанной из той же живой изгороди. Одиннадцать табуретов были потеряны из-за мороза в феврале того же года, и следующей осенью их пришлось затыкать.



